Соотечественники в Америке

Авторизация:
Click here to register.


Неделя Русского Наследия



Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.

Анатолий Андреев: «Блокада Ленинграда была чудовищным испытанием для каждого»

Date: 02/23/2015 19:55
Источник: ruvek.ru

«В ночь с 21 на 22 июня наш класс праздновал окончание учёбы у меня дома. Утром я пошёл провожать девушку, с которой я дружил. Когда мы вышли на Невский проспект, всё небо было в аэростатах, а над ними кружили самолёты», — вспоминает Анатолий Алексеевич.

Как всё начиналось

В первые дни войны Андреев был занят дежурством в школе и созданием убежищ в Екатерининском саду. Щель, которую ему довелось выкапывать, располагалась неподалеку от Публичной библиотеки. Через 7 месяцев яма обвалилась, и ей так никто и не воспользовался. «Беда была в том, — делится Анатолий Алексеевич, — что ни я, ни мои одноклассники не были подготовлены к войне».

После окончания школы все стремились поступить в училища и хотели быть полезными Родине. Анатолий Алексеевич отнёс документы во Второе авиатехническое училище им. Ленинского Комсомола и прошёл там ускоренное пятимесячное обучение.

Во время эвакуации

Эвакуация жителей Ленинграда длилась с июня 1941 года по октябрь 1942 года. Эвакуированы были старшая сестра и брат Анатолия Алексеевича. Мама Анатолия Алексеевича с внуками доехала до Великих Лук, но фронт стремительно приближался. Оставив все зимние вещи руководителю детского садика, она с другими беженцами пошла пешком до Вышнего Волочка. По пути колонну беженцев обстреливали. Последующим местом пребывания был Рыбинск, и, наконец, они добрались до Нижнего Новгорода. Теперь дети были рядом с мамой и старшей сестрой Анатолия, которая работала на заводе. В начале августа и авиационное училище стали готовить к эвакуации в Ишим. Дома в Ленинграде оставался лишь отец Анатолия, находившийся в тяжёлом состоянии здоровья.

«Дорога жизни»

 «В Ишиме мы почти месяц ждали назначения, и только двоих отправили в Ленинград. Выбирали по алфавиту – первыми в списке оказались мы с  товарищем, Алексеем Андриановым. Вот так судьба нас и соединила», — рассказывает Анатолий Алексеевич.

Чтобы попасть в Ленинград, молодым ребятам пришлось на своей «шкуре» прочувствовать все опасности ледовой «дороги жизни». Начальник склада, где снабжали грузовики продуктами, дал Анатолию и Алексею немного сахара со словами: «Как мне вас жалко, ребята, вы едете прямой дорогой в ад». И действительно, период с октября по январь 1941 года считался 100 днями ада.

«Ночью по прямой дороге ехать было сложно – ничего не видно вокруг, а водитель совершал не одну такую поездку за сутки. Изредка можно было встретить девушку с фонарём, показывающую дорогу. Как только мы съехали к берегу и въехали в туннель из снега, выше человеческого роста, машина стала съезжать то в одну сторону, то в другую — водитель засыпал. Именно в этот момент, он спросил у меня – нет ли с собой у меня хлеба, чтобы он мог его сосать, и тем самым не смыкать глаза. У меня было полбуханки, я помог ему. После поездки водитель одарил меня сахаром», — продолжает ветеран войны.

Маршрут, проложенный через Ладожское озеро, действовал в период с 12 сентября 1941 года по март 1943 года. В летнее время «Дорога жизни» была представлена водным транспортом, в зимнее – как ледовая автодорога, которая периодически обстреливалась фашистской армией. Благодаря ледовому маршруту зимой 1941-1942 годов удалось наладить снабжение Ленинграда продовольствием с Большой Земли, а также эвакуировать из города свыше 550 тысяч человек.

Возвращение в Ленинград

«Когда нас высадили, мы старались идти посередине дороги с Алексеем, чтобы нас никто не ограбил. Еды было с собой достаточно, и хотелось донести её до родных. Ни в одном окне не горел свет, дорогу нам указывала луна. Свет от неё был пронзительный и жуткий, но страха мы не чувствовали – нас было двое, да и уверенности в том, что молодыми мы не умрём, хоть отбавляй», — рассказывает Анатолий Андреев.  На Невском проспекте стояли трамваи и троллейбусы, окна которых были выбиты. Всё было занесено снегом, и стояла гробовая тишина.

Когда Анатолий с другом подошли к дому, в глаза сразу бросились сугробы высотой до второго этажа. Так было у каждого дома — для того, чтобы сбрасывать с крыш бомбы сразу в снег. Их встретил также жуткий запах: в городе совершенно не работали канализации. Перила были сломаны – их сжигали, чтобы согреться. Анатолий Алексеевич с тоской в голосе делится: «Я несколько раз звонил в дверь, но никто не отвечал – по спине в тот момент побежал холодок. Поднялся к моим соседям, которые позже нас с Алексеем приняли у себя.

Оказалось, что ключи от нашей квартиры были у них. На следующее утро я открыл квартиру, до недавнего времени в одной из наших комнат жили однофамильцы: в их доме от взрыва вырвало окна, и за ночь замёрз водопровод. Они застали отца живым, а я опоздал дней на десять. Отец грелся от маленькой самодельной печки, сжигал всё, что можно сжечь, но технические книги оставлял – он был уверен, что война закончится, мы победим, а книги понадобятся, чтобы восстанавливать Ленинград».

Отец Анатолия скончался в Куйбышевской больнице, куда его отвезли родственники. Он, как и многие, не выдержал тяжёлые блокадные дни. Позже Анатолию не удалось найти место захоронения отца, так как хоронили в то время без гробов – некому их было делать. Умерших закапывали в общие могилы на Пискаревском, Серафимовском кладбищах, сжигали в печи Кирпичного завода, в других местах. Если же приносили покойников в гробу, то его забирали и сжигали, чтобы солдаты, которые копали ямы, могли согреться.

Фронт

«Нас с приятелем отправили работать в авиационный полк в Левашово, где лётчики совершали боевые вылеты на американских истребителях «Томагавк». Все вещи в доме перед отъездами на службу я собрал в средней комнате и, закрыв проход  тяжеленным шкафом,  входную дверь заколотил досками, а ключи оставил соседям.  Через три года, когда я вернулся, — двери были нараспашку, но столы и стулья сохранились», — подытожил Анатолий Алексеевич.

Молодой Анатолий пришёл в уже знаменитый 158-й истребительный авиационный полк, в нём было много героев: Харитонов, Шишкань, Литаврин и другие.  Анатолий помогал им тем, что готовил для них машины. С приятелем они обслуживали военные самолёты, однако условия были не из лёгких —  голод, работа на морозе, металл прилипал к рукам от холода, а летом мешали комары.

Авиация для города играла большую роль. Чтобы облегчить продовольственное положение Ленинграда, для переброски грузов были выделены транспортные самолёты. С сентября по декабрь 1941 года героическими усилиями советских лётчиков в блокадный город было доставлено свыше 6 тысяч тонн грузов, в том числе 4325 тонн высококалорийных продуктов питания и 1660 тонн боеприпасов и вооружения.

«Но победа была близка, мы ликовали всё чаще. Каждый из нас чувствовал себя участником этой победы, и в 1944 году блокада моего родного города была окончательно снята», — говорит об этом незабываемом времени Анатолий Андреев.

Жизнь после

Последние годы перед отъездом в Чехию семья Анатолия Алексеевича жила в Царском селе. В 1971 году его дочь Маша поступила в Мухинское училище и по обмену переехала в Прагу. «Жена уже вышла на пенсию и была очень больна, она просила меня ехать к дочке и внуку. Меня ничего не держало, я считал, что долг перед родиной я выполнил. Я люблю Ленинград, могу о нём часами говорить, и когда уезжал, попросил друзей все новости о Петербурге, о новом строительстве пересылать мне», — продолжает Анатолий Алексеевич. В 75 лет он закончил работу и в 1998 году окончательно поселился в Праге. В первые годы жизни в Чешской Республике ветеран войны овдовел – жена сейчас покоится на Ольшанском кладбище.

Семья у Анатолия Алексеевича творческая: сам он занимается вырезкой по дереву, дочь делает вещи из стекла, её работы продавались в Китае, Америке, Италии и других странах, внук сейчас учится в художественном институте прикладного искусства – Vysoká škola uměleckoprůmyslová.

В настоящее время Анатолию помогает справиться со многими бытовыми трудностями.  Пражское общественное собрание также оказывает Анатолию Алексеевичу помощь. «Павел, студент Карлова университета, приносит мне записи и книги на аудиодисках: так как читать не могу, я много слушаю. И я прихожу в восторг от тех записей», — признаётся  Анатолий Алексеевич.

Пражский телеграф
Редакция не несет ответственность за содержание информационных сообщений, полученных из внешних источников. Авторские материалы предлагаются без изменений или добавлений. Мнение редакции может не совпадать с мнением писателя (журналиста)
Для того, чтобы иметь возможность обсуждать публикации и оставлять комментарии Вам необходимо зарегистрироваться!
×

Replies

Ещё из "Публикации":

 Всё из "Публикации"